Ну, как же вздумал ты, дурак,
Что я забыл тебя! -- о, рожа!
Такая мысль весьма похожа
На тот кудрявый буерак,
Который -- или нет!..-- в котором...
Иль нет!... ошибся: на котором...
Но мы оставим буерак,
А лучше, не хитря, докажем,
То есть простою прозой скажем,
Что сам кругом ты виноват!
Что ты писать и сам не хват!
Что неписанье и забвенье
Так точно то же и одно,
Как горький уксус и вино,
Как вонь и сладкое куренье...
И как же мне тебя забыть?
Ты не боишься белой книги!
Итак, оставь свои интриги!
И не изволь меня рядить
В шуты пред дружбою священной!
Скажу тебе, что я один,
То есть, что я уединенно
И не для собственных причин
Живу в соседстве от Белева
Под покровительством Гринева;
То есть, что мне своих детей
Моя хозяйка поручила
И их не оставлять просила,
И что честное слово ей
Я дал, и верно исполняю,
А без того бы, друг мой, знай,
Давно бы был я уж в Черни!
Мои уединенны дни
Довольно сладко протекают!
Меня и Музы посещают,
И Аполлон доволен мной!
И под пером моим налой
Трещит -- и план и мысли есть,
И мне осталось лишь присесть
Да и писать к Царю посланье!
Жди славного, мой милый друг,
И не обманет ожиданье!
Присыпало все к сердцу вдруг,
И наперед я в восхищенье
Предчувствую то наслажденье,
С каким без лести, в простоте,
Я буду говорить стихами
О той небесной красоте,
Которая в венце пред нами!
А ты меня благослови!
Но, ради Бога, оживи
О Гришином выздоровленье
Прекрасной вестию скорей!
А то растает вдохновенье!
Прости же! Ниночке моей
Любовь, и дружба, и почтенье;
Прошу отдать их, не деля!
А Губареву -- киселя!