Товарищ! Вот тебе рука! Ты другу вовремя сказался; К любви душа была близка: Уже в ней пламень загорался,
Животворитель бытия, И жизнь отцветшая моя Надеждой снова зацветала! Опять о счастье мне шептала
Мечта, знакомец старины… Дорогой странник утомленный, Узрев с холма неотдаленный Предел родимой стороны,
Трепещет, сердцем оживает, И жадным взором различает За горизонтом отчий кров, И слышит снова шум дубов,
Которые давно шумели Над ним, игравшим в колыбели, В виду родительских гробов. Он небо узнает родное,
Под коим счастье молодое Ему сказалося впервой! Прискорбно-радостным желаньем, Невыразимым упованьем,
Невыразимою мечтой Живым утраченное мнится; Он снова гость минувших дней, И снова жизнь к нему теснится
Всей милой прелестью своей… Таков был я одно мгновенье! Прелестно-быстрое виденье, Давно не посещавший друг,
Меня внезапно навестило, Меня внезапно уманило На первобытный в жизни луг! Любовь мелькнула предо мною.
С возобновленною душою Я к лире бросился моей, И под рукой нетерпеливой Бывалый звук раздался в ней!
И мертвое мне стало живо, И снова на бездушный свет Я оглянулся как поэт!.. Но удались, мой посетитель!
Не у меня тебе гостить! Не мне о жизни возвестить Тебе, святой благовеститель! Товарищ! мной ты не забыт!
Любовь -- друзей не раздружит. Сим несозревшим упованьем, Едва отведанным душой, Подорожу ль перед тобой?
Сравню ль его с твоим страданьем? Я вижу, молодость твоя В прекрасном цвете умирает И страсть, убийца бытия,
Тебя безмолвно убивает! Давно веселости уж нет! Где остроты приятной живость, С которой ты являлся в свет?
Угрюмый спутник -- молчаливость Повсюду следом за тобой. Ты молча радостных дичишься И, к жизни охладев, дружишься
С одной убийственной тоской, Владельцем сердца одиноким. Мой друг! с участием глубоким Я часто на лице твоем
Ловлю души твоей движенья! Болезнь любви без утоленья Изображается на нем. Сие смятение во взоре,
Склоненном робко перед ней; Несвязность смутная речей В желанном сердцу разговоре; Перерывающийся глас;
К тому, что окружает нас, Задумчивое невниманье; Присутствия очарованье, И неприсутствия тоска,
И трепет, признак страсти тайной, Когда послышится случайно Любимый глас издалека, И это все, что сердцу ясно,
А выраженью неподвластно, Сии приметы знаю я!.. Мой жребий дал на то мне право! Но то, в чем сладость бытия,
Должно ли быть ему отравой? Нет, милый! ободрись! она Столь восхитительна недаром: Души глубокой чистым жаром
Сия краса оживлена! Сей ясный взор -- он не обманчив: Не прелестью ума одной, Он чувства прелестью приманчив!
Под сей веселостью живой Задумчивое что-то скрыто, Уныло-сладостное слито С сей оживленной красотой;
В ней что-то искреннее дышит, И в милом голосе ея Доверчиво душа твоя Какой-то звук знакомый слышит,
Всему в нем лучшему родной, В нее участие лиющий И без усилия дающий Ей убежденье и покой.
О, верь же, друг, душе прекрасной! Ужель природою напрасно Ей столько милого дано? Люби! любовь и жизнь -- одно!
Отдайся ей, забудь сомненье И жребий жизни соверши; Она поймет твое мученье, Она поймет язык души!
Cookies on Poetry Cove