Вашему величеству в отчете
Представил с точностью я то, что видел сам;
И ежели моим стихам
Не много удалось сказать о лунном свете,
То не моя вина:
В июне месяце луна,
Как я уже донес, едва-едва сияет;
Ее сонливый свет
Воображения совсем не пробуждает,
И, глядя на нее, лишь сердится поэт.
Но то, что ныне да, бывает завтра нет,
И строгая велит признаться справедливость,
Что поубавилась уже луны сонливость,
Что донесение мое десятком дней
И боле опоздало;
Пришел июль; ленивей солнце стало,
А ночи сделались темней.
Вчера, имея честь в саду быть вместе с вами,
Заметил мельком я луну за облаками,
И смею утвердить, что сделалась она
Почти по-старому луна,
И что по-старому кругом ее носились
Младые облака воздушною толпой,
То, разлетаясь, серебрились,
То вдруг, слиянные, тянулися грядой,
То волновалися, то рделись, то дымились.
А должно вспомнить, что она
Едва лишь только рождена
И что лишь миг -- тогда, как запад догорает --
Серпом серебряным на западе сияет!
Когда же полною заблещет красотой,
То будет, как была, и музе вдохновеньем,
И ночи милым украшеньем,
И павловских небес достойною луной.