Волнуем воздухом, как легкая завеса, С вершин альпийских гор спускается туман. Уж высятся над ним кой-где макушки леса... И вот -- весь выступил он, красками убран,
В которые рядить деревья любит осень, Не трогая меж них зеленых вечно сосен. Как много радости и света в мир принес, Победу одержав над мглою, день прозрачный!
Не сумрачен обрыв, повеселел утес, И празднично-светло по всей долине злачной; Лишь около дерев развесистых на ней Узоры темные колеблются теней.
Казалось, что теперь небесное светило, Вступив на зимний путь, прощальный свет лило; И, на него глядя, земля благодарила За яркие лучи, за влажное тепло,
Что разносил, струясь над нею, воздух зыбкой, И озарялась вся приветливой улыбкой. Красавица-земля! Не в этой лишь стране, В виду гигантов-гор, склонюсь я пред тобою;
Сегодня ты была б везде прелестна мне, -- Лишь бы с деревьями, с кустами и с травою, Где красок осени играл бы перелив, Или хоть с бледною соломой сжатых нив.
Чем дольше я смотрю, тем шире и сильнее Всё разрастается к тебе моя любовь. О, запах милый мне!.. То, сладостно пьянея, Как бы туманюсь им, то возбуждаясь вновь...
Землею пахнет!.. Я -- твое, земля, созданье, -- И нет иного мне милей благоуханья. Земля-кормилица! Работница-земля! Твой вечен труд; твои неистощимы недра...
Меж тем как чад своих ты, нуждам их внемля, Плодами и зерном уж одарила щедро, -- Я вижу -- требуя еще твоих услуг, Тебя там на холме опять взрывает плуг.
Я жизни путь прошел, топча тебя небрежно, Как будто я не сын тебе, родимый прах. Найти я вне тебя рвался душой мятежной Причину тайную житейских зол и благ;
И мысль, страшась конца, не ведая начала, Во тьме и пустоте, тоскливая, блуждала. Земля! Что ж так влекут меня стремленья дум И сердца пыл к тебе? Не знаю... Оттого ли,
Что от меня далек тревожный жизни шум? Иль правды я ищу? Иль я устал от боли Разрушенных надежд, оплаканных потерь? Иль твой к покою зов мне слышится теперь?..
О мать-земля! Я здесь один; людей не видно... Хотел бы пасть я ниц и лобызать тебя!.. Увы! я не могу, и не людей мне стыдно... Восторгом был я полн, красу твою любя;
Но лишь тебя признал я матерью моею, -- Печален и смущен, ласкать тебя не смею. Ты мне чужда еще, но я отныне твой. Дай силы мне своей на бодрый подвиг жизни,
Чтоб я, на склоне лет, один с самим собой, Отрады не искал в тоске и в укоризне; И чтоб меня, когда наступит смерти мгла, Ты, примиренного с тобою, приняла.
Поднялся ветерок, свежея понемногу; Я вижу на горах вечернюю зарю, И тени длинные ложатся на дорогу... Пора домой идти. Земля, благодарю!
Обязан я тебе, твоим осенним чарам, Что уходящий день прожит был мной не даром.
Cookies on Poetry Cove