Лес в столбняке. Спят лесорубы.
Небом дыша, я в мерцанье гляжу:
Глухо еще; и не сводит на убыль
Звездным огнем налитую межу.
Вот моя жизнь. Та, -- что палима
Светом костров и дыханьем строга.
В стуже речной неисчислимых
Лесов строевых не скрипят берега.
Сонмами бревен дымных, по склону
Хвойной пустыни, в мертвый простор,
Бор на снегу поднимается, -- звонок
Сильным морозом, как гулкий топор;
Весь насторожен, полон желанья
Треска и стука, огня и следа.
Спят лесорубы. До мирозданья
Чуть долетает дыханье труда...
Старого, дикого. Пусть же им спится!
Где-то в Канаде поют петухи...
Смутно на просеке снег прояснится...
Тихо. Леса неподвижны, глухи.
Тьмою за Унжей заносит вершины.
Там на деревне давно улеглись...
Невозвратимо, ненарушимо
В соснах уходит звериная высь.
Только огонь... Да лесная конюшня
Грезит о вечном в молчаньи своем:
Все это в яслях – свято, послушно
Звезды хрустят вперемежку с овсом.