Давыдов, витязь и певец Вина, любви и славы! Я слышу, что твои совсем Переменились нравы:
Что ты шампанского не пьешь, А пьешь простую воду, И что на розовую цепь Ты променял свободу;
Что ныне реже скачешь в клоб, В шумливые беседы, И скромные в семье своей Тебе вкусней обеды.
Не завиваешь ты уса; Конь праздный в стойле тужит, И сабельная полоса За зеркало не служит.
Вкруг кивера обвился плющ И всполз на верх султана; Паук раскинул сеть свою По сетке доломана.
Вкруг двоеглавого орла Твоей блестящей шашки, Влетев в открытое окно, Порхают дерзко пташки.
Заглядываю в тайный шкаф -- Он пуст: в печи Буянов, Гервасияда в камельке; Один певец Русланов
Тихонько прячется в углу, Загорожен Бюффоном. И вместо прежних книг -- Руссо, И Кампе с Фенелоном,
И Локка любишь ты читать. Из моралистов строгих Выписываешь в свой альбом, Но, чудное для многих,
Открой мне таинство свое! Скажи, Шольёв наследник, Кто обратил тебя на путь? Кто -- славный проповедник,
Или писатель -- Златоуст? Кто подал в помощь руку Закореневшему в грехах И объяснил науку
Не у прелестниц записных На ложе сладострастья, Но в Целомудренной любви Искать прямого счастья?
Нет! то не мог быть человек, Как мы же, земнородный, Уверен я, хотя бы он Мудрец был превосходный.
Я слышу: ангел доброты К тебе с небес спустился И в виде грации младой С тобою обручился.
Давыдов! правду говоря, Тебе бы за проказы Ветрану должно дать в жену И произвесть в Пролазы.
Но ты не глуп, не подл, не крив, Грехи твои забыты, И верный ты, счастливый стал Супруг из волокиты.
Любимец ветреных богов, Которые играли Тобой средь мира и боев, Довольно!.. днесь настали
Блаженства тихого часы, Венере с Марсом смена: Из баловня богов сих ты Стал баловнем Гимена.
Cookies on Poetry Cove