Вы гласность любите, но в одиночку, с правом,
Чтоб голос ваш один руководил толпу;
Но голосу других, драконовским уставом,
Нет места в гласности у вас на откупу.
Неволи худшей нет – свободы по заказу,
Когда во славу ей и мнению в чести,
Так, а не иначе – велят и видеть глазу,
Так, а не иначе – устами речь вести.
Односторонний ум лишь годен на стоянку;
Свободным плаваньем он не заходит в даль;
Он тот же Фамусов, но только наизнанку,
Молчалин тот же он, но только громкий враль.
“Сужденья своего иметь и он не смеет”,
Но затвердив наказ урочных фраз и слов,
Послушливый и в том, чего не разумеет,
Передовому он поддакивать готов.
“Очаковских времен” исчезли бригадиры,
Но семя их в ином подобьи расцвело:
Есть новые тузы, есть новые кумиры
И старое тряпье в подкраску перешло.
Прихвостников найдешь и в ложных либералах;
Но держатся они не прежнего хвоста –
Неурожая нет в льстецах и подлипалах;
Но их прием не тот и вывеска не та.
Будь новый Ювенал, будь новый Грибоедов,
А Репетиловых отыщет чуткий нос;
И с внуков взыщется за осмеянье дедов;
А кто смешней из них? Сомнителен вопрос.