И ночь эта / Будет богатой, И я / Улыбнуться не прочь -- Уж бронзовый якорь заката Бросает московская ночь.
Мне ветер / Приятельски машет, И, путаясь и пыля, Как зелием полные чаши, Шипят / И кипят / Тополя.
Привет, / Замечательный вечер! Прощай, / Мой печальный порог! Я вышел. / А ветер -- навстречу И лег по-собачьи у ног...
Когда -- собеседник небрежный -- К нам радость заглянет на миг, Мы лучшие мысли и нежность Сливаем в девический лик.
И в этот закат не случайно Мне машут радушным крылом Медлительная окраина И мирный садовничий дом.
О молодость, / Где бы я ни был, О юность, / Зимой и весной Со мною -- / Бубновое небо, И плотская нежность -- / Со мной!
Сквозь смуту житейских вопросов, Сквозь пышные годы мои Прошли ароматные косы, Как две золотые струи.
И может быть, в годы железа И я быть железным сумел, Чтоб в лад боевой марсельезы Мне девичий голос гремел.
Как рад я, / Что к мирным равнинам Так выдержанно пронес И мужество гражданина, И лирику женских волос...
Над крышей садовника -- дрема, И дремлет садовник давно, Сугробы пахучих черемух Совсем завалили окно.
Я скромностью не обижен И, встав на чужое крыльцо, За снегом черемухи / Вижу Смеющееся лицо.
Но чуток холера-садовник, Хоть видно и без труда, Как дышит и мирно и ровно Седая его борода...
Пусть молодость -- нараспашку, Но даже и молодость -- ждет. Я жду. / По знакомству дворняжка Меня в ожиданьи займет.
Я жду и теперь, как когда-то. Но только прошу: / «Не про-срочь! Ты видишь -- / Уж якорь заката Бросает московская ночь».
Cookies on Poetry Cove