Среди людей, мне близких... и чужих,
Скитаюсь я -- без цели, без желанья.
Мне иногда смешны забавы их...
Мне самому смешней мои страданья.
Страданий тех толпа не признает;
Толпа -- наш царь -- и ест и пьет исправно;
И что в душе «задумчивой» живет,
Болезнию считает своенравной.
И права ты, толпа! Ты велика,
Ты широка -- ты глубока, как море...
В твоих волнах всё тонет: и тоска
Нелепая, и истинное горе.
И ты сильна... И знает тебя бог --
И над тобой он носится тревожно...
Перед тобой я преклониться мог,
Но полюбить тебя -- мне невозможно.
Я ни одной тебе не дам слезы...
Не от тебя я ожидаю счастья --
Но ты растешь, как море в час грозы,
Без моего ненужного участья.
Гордись, толпа! Ликуй, толпа моя!
Лишь для тебя так ярко блещет небо...
Но всё ж я рад, что независим я,
Что не служу тебе я ради хлеба...
И я молчу -- о том, что я люблю...
Молчу о том, что страстно ненавижу, --
Я похвалой толпы не удивлю,
Насмешками толпы я не обижу...
А толковать -- мечтать с самим собой,
Беседовать с прекрасными друзьями...
С такой смешной -- ребяческой мечтой
Расстался я, как с детскими слезами...
А потому... мне жить не суждено...
И я тяну с усмешкой торопливой
Холодной злости -- злости молчаливой
Хоть горькое, но пьяное вино.