«Вино и песни любит младость,
Пиры и девы нужны ей
И увлекательная радость
Как день сверкающих ночей!
Ищи отрад в народных спорах,
Кто хочет! Счастье мы найдем
В разгульных звуках, в милых взорах
И в чашах е пенистым вином», --
Так пел германец. Вдруг по граду,
Как буря, грянул грозный клик...
Прервал певец свою балладу
И ухом к буре той приник, --
И, слово страшное «свобода»
Услышав, бросил лиру он...
И вот уж вдаль волной народа
Он, как потоком, унесен.
Умолк мятеж! Смирились люди;
Как прежде, тих и светел град,
Отрада вновь проникла в груди...
Но где же ты, певец отрад?
О горе! с площади кровавой
Не воротился к лире он!
И песнь, дышавшая забавой,--
То был его предсмертный стон.
Напрасно ж ты, мечтатель юный,
Вне жизни думал жизнь создать;
Ты сладко пел, но лгали струны --
Событий носим мы печать!
В дни бурь -- поэзии нет мира;
Делам и песням путь один...