Лучше экономом сделаюсь, примерно. Бить людей я буду... Нет, людей бить скверно! Ну, так полюблю их; все мне будут братья, Как писанье учит. Стану собирать я
На мои пирушки множество народу, Наварю и браги, наварю и меду, Отпущу усищи -- что твои метелки; У меня найдутся и бычки и телки;
Заведусь я тройкой бойкой, образцовой, Также табакеркой заведусь свинцовой, С кисточкою шапкой, щегольскою бричкой, Наконец... и женкой, бабой-белоличкой.
Наряжу я в чепчик с кружевом голубку, И куплю бабенке красненькую юбку, И жена... ругаться будет без умолку С муженьком день целый... В этом мало толку
Что за экономство! Выберу я разом Ремесло другое... ...Буду богомазом, Как маляр Григорий. Он селенье наше
Удивил картиной. Нет картины краше! Усачи, с мечами, близ господня гроба Встали, да и дремлют, наклонившись, оба В дорогих мундирах. (Не узнать, по чести,
Из сукна мундиры, а не то -- из жести?) На башках их -- перья, розовые с белым. Спящие солдаты живописцем смелым Сделаны с изъянцем, слишком кривоноги...
А за то, что были с Иисусом строги, Мучили жестоко, наносили раны, -- На одной вот ножке и стоят тираны. Ништо им за это -- злым, богопротивным!..
Решено: я буду живописцем дивным. Я куплю отличных красок на полтину, Синих, желтых, всяких, и мою картину Размалюю ярко... Будет деревушка;
Будет там и церковь с кладбищем; избушка, Где живет звонарь наш; будет речка с гатью; Будет там и пашня с нашей благодатью -- Хлебом золотистым, где дышать привольней.
Голуби взовьются там над колокольней, И березка станет лить благоуханье; Зазвучит молитвой речки колыханье; Зашумят елями дальних гор верхушки.
С полотна услышу нищей-побирушки Вопли, лай дворняжек, ссору бабы с бабой И ворчанье деда (дед седой и слабый). Сверху же картины -- утренние тучки;
В них -- святая дева, и младенец ручки К нашему селенью кротко обращает. Он благословеньем детским освящает Храм наш деревянный с ветхими крестами,
Нашу школу, поле с рожью и цветами, И того, кто в поле мучится жестоко, Будет ли он близко, будет ли далеко...
Cookies on Poetry Cove