Взбунтовалися кастраты, Входят в папины палаты: «Отчего мы не женаты? Чем мы виноваты?»
Говорит им папа строго: «Это что за синагога? Не боитеся вы Бога? Прочь! Долой с порога!»
Те к нему: «Тебе-то ладно, Ты живешь себе прохладно, А вот нам так безотрадно, Очень уж досадно!
Ты живешь себе по воле, Чай, натер себе мозоли, А скажи-ка: таково ли В нашей горькой доле?»
Говорит им папа: «Дети, Было прежде вам глядети, Потеряв же вещи эти, Надобно терпети!
Жалко вашей мне утраты; Я, пожалуй, в виде платы Прикажу из лучшей ваты Вставить вам заплаты!»
Те к нему: «На что нам вата? Это годно для халата! Не мягка, а жестковата Вещь, что нам нужна-то!»
Папа к ним: «В раю дам место, Будет каждому невеста, В месяц по два пуда теста. Посудите: вес-то!»
Те к нему: «Да что нам в тесте, Будь его пудов хоть двести, С ним не вылепишь невесте То, чем жить с ней вместе!»
«Эх, нелегкая пристала! -- Молвил папа с пьедестала, -- Уж коль с воза что упало, Так пиши: пропало!
Эта вещь, -- прибавил папа, -- Пропади хоть у Приапа, Нет на это эскулапа, Эта вещь -- не шляпа!
Да и что вы в самом деле? Жили б вы в моей капелле, Под начальством Антонелли, Да кантаты пели!»
«Нет, -- ответствуют кастраты, -- Пий ты этакий девятый, Мы уж стали сиповаты, Поючи кантаты!
А не хочешь ли для дива Сам пропеть нам «Casta diva»? Да не грубо, а пискливо, Тонко особливо!»
Испугался папа: «Дети, Для чего ж мне тонко пети? Да и как мне разумети Предложенья эти?»
Те к нему: «Проста наука, В этом мы тебе порука, Чикнул раз, и вся тут штука -- Вот и бритва! Ну-ка!»
Папа ж думает: «Оно-де Было б даже не по моде Щеголять мне в среднем роде!» Шлет за Де-Мероде.
Де-Мероде ж той порою, С королем готовясь к бою, Занимался под горою Папской пехтурою:
Все в подрясниках шелко́вых, Ранцы их из шкурок новых, Шишек полные еловых, Сам в чулках лиловых.
Подбегает Венерати: «Вам, -- кричит, -- уж не до рати! Там хотят, совсем некстати, Папу холощати!»
Искушенный в ратном строе, Де-Мерод согнулся втрое, Видит, дело-то плохое, Молвит: «Что такое?»
Повторяет Венерати: «Вам теперь уж не до рати, Там хотят, совсем некстати, Папу холощати!»
Вновь услышав эту фразу, Де-Мероде понял сразу, Говорит: «Оно-де с глазу; Слушаться приказу!»
Затрубили тотчас трубы, В войске вспыхнул жар сугубый, Так и смотрят все, кому бы Дать прикладом в зубы?
Де-Мероде, в треуголке, В рясе только что с иголки, Всех везет их в одноколке К папиной светелке.
Лишь вошли в нее солдаты, Испугалися кастраты, Говорят: «Мы виноваты! Будем петь без платы!»
Добрый папа на свободе Вновь печется о народе, А кастратам Де-Мероде Молвит в этом роде:
«Погодите вы, злодеи! Всех повешу за ... я!» Папа ж рек, слегка краснея: «Надо быть умнее!»
И конец настал всем спорам; Прежний при дворе декорум, И пищат кастраты хором Вплоть ad finem seculorum!..
Cookies on Poetry Cove