Правда ль это, что́ я слышу? Молвят о́вамо и семо: Огорчает очень Мишу Будто Дарвина система?
Полно, Миша! Ты не сетуй! Без хвоста твоя ведь жопа, Так тебе обиды нету В том, что было до потопа.
Всход наук не в нашей власти, Мы их зерна только сеем; И Коперник ведь отчасти Разошелся с Моисеем.
Ты ж, еврейское преданье С видом нянюшки лелея, Ты б уж должен в заседаньи Запретить и Галилея.
Если ж ты допустишь здраво, Что вольны в науке мненья -- Твой контроль с какого права? Был ли ты при сотвореньи?
Отчего б не понемногу Введены во бытиё мы? Иль не хочешь ли уж Богу Ты предписывать приемы?
Способ, как творил Создатель, Что́ считал он боле кстати -- Знать не может председатель Комитета о печати.
Ограничивать так смело Всесторонность Божьей власти -- Ведь такое, Миша, дело Пахнет ересью отчасти!
Ведь подобные примеры Подавать -- неосторожно, И тебя за скудость веры В Соловки сослать бы можно!
Да и в прошлом нет причины Нам искать большого ранга, И, по мне, шматина глины Не знатней орангутанга.
Но на миг положим даже: Дарвин глупость порет просто -- Ведь твое гоненье гаже Всяких глупостей раз во́ сто!
Нигилистов, что ли, знамя Видишь ты в его системе? Но святая сила с нами! Что́ меж Дарвином и теми?
От скотов нас Дарвин хочет До людской возвесть средины -- Нигилисты же хлопочут, Чтоб мы сделались скотины.
В них не знамя, а прямое Подтвержденье дарвинисма, И сквозят в их диком строе Все симптомы атависма:
Грязны, неучи, бесстыдны, Самомнительны и едки, Эти люди очевидно Норовят в свои же предки.
А что Дарвина идеи Оба пола разубра́ны -- Это бармы архирея Вздели те же обезьяны.
Чем же Дарвин тут виновен? Верь мне: гнев в себе утиша, Из-за взбалмошных поповен Не гони его ты, Миша!
И еще тебе одно я Здесь прибавлю, многочтимый: Не китайскою стеною От людей отделены мы;
С Ломоносовым наука Положив у нас зачаток, Проникает к нам без стука Мимо всех твоих рогаток,
Льет на мир потоки света И, следя, как в тьме лазурной Ходят Божии планеты Без инструкции ценсурной,
Кажет нам, как та же сила, Всё в иную плоть одета, В область разума вступила, Не спросясь у Комитета.
Брось же, Миша, устрашенья, У науки нрав не робкий, Не заткнешь ее теченья Ты своей дрянною пробкой!
Cookies on Poetry Cove