Впереди идут два горниста, Играют отчетисто и чисто. Идет прапорщик Густав Бауер, На шляпе и фалдах несет трауер.
По обычаю, искони заведенному, Идет майор, пеший по-конному. Идет каптенармус во главе капральства, Пожирает глазами начальство.
Два фурлейта ведут кобылу. Она ступает тяжело и уныло. Это та самая кляча, На которой ездил виновник плача.
Идет с печальным видом казначей, Проливает слезный ручей. Идут хлебопеки и квартирьеры, Хвалят покойника манеры.
Идет аудитор, надрывается, С похвалою о нем отзывается. Едет в коляске полковой врач, Печальным лицом умножает плач.
На козлах сидит фершал из Севастополя, Поет плачевно: «Не одна во поле...» Идет с кастрюлею квартирмейстер, Несет для кутьи крахмальный клейстер.
Идет майорская Василиса, Несет тарелку, полную риса. Идет с блюдечком отец Герасим, Несет изюму гривен на семь.
Идет первой роты фельдфебель, Несет необходимую мебель. Три бабы, с флером вокруг повойника, Несут любимые блюда покойника:
Ножки, печенку и пупок под соусом; Все три они вопят жалобным голосом. Идут Буренин и Суворин, Их плач о покойнике непритворен.
Идет, повеся голову, Корш, Рыдает и фыркает, как морж. Идут гуси, индейки и утки, Здесь помещенные боле для шутки.
Идет мокрая от слез курица, Не то смеется, не то хмурится. Едет сама траурная колесница, На балдахине поет райская птица.
Идет слабосильная команда с шанцевым струментом, За ней телега с кирпичом и цементом. Между двух прохвостов идет уездный зодчий, Рыдает изо всей мочи.
Идут четыре ветеринара, С клистирами на случай пожара. Гг. юнкера несут регалии: Пряжку, темляк, репеек и так далее.
Идут гг. офицеры по два в ряд, О новой вакансии говорят. Идут славянофилы и нигилисты, У тех и у других ногти не чисты.
Ибо, если они не сходятся в теории вероятности, То сходятся в неопрятности. И поэтому нет ничего слюнявее и плюгавее Русского безбожия и православия.
На краю разверстой могилы Имеют спорить нигилисты и славянофилы. Первые утверждают, что кто умрет, Тот весь обращается в кислород.
Вторые -- что он входит в небесные угодия И делается братчиком Кирилла-Мефодия. И что верные вести оттудова Получила сама графиня Блудова.
Для решения этого спора Стороны приглашают аудито́ра. Аудитор говорит: «Рай-диди-рай! Покойник отправился прямо в рай».
С этим отец Герасим соглашается, И погребение совершается...
Cookies on Poetry Cove