Я себя одиноким назвал,
И теперь я с Судьбою своей
Примирился и ясно сознал,
Что мне нужно уйти от людей.
Я могу на пути их встречать
И в глаза им с восторгом глядеть,
Но сам должен навеки молчать
И, в молчаньи прожив, умереть.
Но тех звуков, что слух мой томят,
То, что душу терзает всегда,
Они взглядом своим оскорбят,
Не поняв ни за что, никогда.
Пусть их пляшут над трупом земным,
Безобразною шумной толпой,
Я к пределам уйду голубым
И сольюсь с бестелесной мечтой.