Любовь к отечеству есть перва добродетель И нашей честности неспоримый свидетель. Не только можно быть героем без нея, Не можно быть никак и честным человеком.
Премудрая судьба довольствует мя веком, Чтоб жил и приносил народу пользу я. Член члена помощи ежеминутно просит, И всяки тягости всё тело обще носит.
Всем должно нам любить отечество свое, А царским отраслям любити должно боле: Благополучие народа на престоле. Известно, государь, на свете нам сие,
Что счастье инако от стран не убегает, Как только если царь свой долг пренебрегает. Кто больше носит сан, тот пользы и вреда Удобней обществу соделати всегда.
Крестьянин, сея хлеб, трудится и не дремлет, К тому родился он и гласу долга внемлет; Но польза оная совсем не такова, Какую учинит венчанная глава.
Оратель дремлющий, имея мысль лениву, Со небрежением посеяв семена, Убыток понесет, утратя времена, Со небрежением одну испортит ниву,
И лягут на него не только бремена; А если государь проступится, так горе Польется на народ, и часто будто море. Сия причина есть, венчанныя крови
Имети более к отечеству любви. Вторая важная любви сея причина, Что вашего уж нет на свете больше чина, Отечество дает утехи больше вам;
Так долг его любить вам больше, нежель нам. Причина первая из должности единой, А в воздаяние вам мы и наш живот; Из благодарности другая вам причиной
За приношенье жертв любити свой народ. Судьбами таковы порядки учрежденны: Рожденны мы для вас, а вы для нас рожденны. Благополучными одним нельзя вам быть:
Коль любите себя, вы должны нас любить. Льстецы не обществу работать осужденны, Льстецы боготворят ласкательством царей, О пользе не его пекутся, о своей;
Не сын отечества -- ласкатель, но злодей. Коль хочет наказать царя когда создатель, Льстецами окружит со всех сторон его, Не зрит он верного раба ни одного,
И будет он врагам своим щедрот податель, Которые за тьму к себе его наград, Ругаяся ему, влекут его во ад И, разверзая всю геенскую утробу,
Сынам отечества влекут его во злобу. В ласкательстве сию имеет, пользу он. Таков Калигула был в Риме и Нерон: Все жители земли гнушаются их прахом.
Царь мудрый подданных любовию, не страхом, Имея истину единую в закон, К повиновению короны привлекает И сходны с естеством уставы изрекает.
Елисавета-- мать, а Петр нам был отец: Они правители душ наших и сердец. Правительствовати едины те довлеют, В сердца которые повиновенье сеют,
Чьи собственны сердца наполнены щедрот, Которы жалости в себе плоды имеют И больше, как карать, вас миловать умеют, То помня, сколько слаб и страстен смертных род.
Но с слабостию я злодейства не мешаю, И беззаконников я сим не утешаю: Рождаются они ко общему вреду И подвергаются строжайшему суду.
Муж пагубный грешит от предприятья злаго, Царь праведный грешит, ему являя благо, И тако тяжкий грех злодея извинить, Но тяжче грех еще за слабости казнить.
Который человек преступку не причастен? Един бесстрастен бог: кто смертен, тот и страстен. Не мог Тит слез своих во оный час отерть, Когда подписывал сей муж великий смерть.
Владычица сих стран, родившися беззлобна, На оно и руки поднята неудобна. Блажен такой народ, которому приязнь Соделать может то, что сделать может казнь,
И счастлив будешь ты, когда тебя порода Возвысит на престол для счастия народа.
Cookies on Poetry Cove