В снегах голубых умирают дневные сияния,
И к небу стремятся вершины молитвенных елей.
Восставшему сердцу становятся внятны молчания,
И стон его гаснет, как вздох отлетевших метелей.
Душа загорелась от искр неизведанной нежности
Пусть жизнь изменила, пусть дни ее вновь изменяют
Я верен один средь теней вечереющей снежности,
И строгие ели крестами меня осеняют.