Что влечет меня к твоей могиле? Отчего так пламенна звезда Над гробницею моей Рахили, Погребенной в дальние года?
Жизнь оплакал я, тебя оплакав, Старый дуб подрезан у корней... Авраамов век и Исааков Был длинней моих печальных дней.
Помню ночь. Один в чужой пустыне, Где дотоль блуждал лишь дикий зверь, Я бежал. Тогда такой же синий Был небесный свод, как и теперь.
И звезда такая же стояла Над пустыней мертвого песка... Свист змеи, все ближе вой шакала, За спиной -- Исавовы войска.
Лег я, камень положив в возглавье, Тяжкий сон все думы погасил, И Господь явился мне во славе, Окруженный тысячами сил.
И, белея, как потоки лилий, Ангелы парили вниз и вверх... Так Господь явился мне в Вефиле И моей молитвы не отверг.
И достиг я дядиного дома: Солнце гасло, подымая пыль, Мчались овцы пить из водоема, И гнала их юная Рахиль.
И забыл я дом моей Ревекки. Семь годов, как раб, я стадо пас, Чтоб моей назвать тебя навеки, Ослепленный солнцем этих глаз.
Семь годов неделей пробежало: Забывал я труд, когда порой Ты мне в полдень губы освежала Чистою водою ключевой.
И еще семь лет промчалось мимо... Жалкий раб, бежал я отдохнуть Из объятий Лии нелюбимой На твою младенческую грудь.
Но Господь казнит за предпочтенье... Где же ты и где же, где же он Плод блаженных брачных упоений -- Наш Иосиф? или то был сон?
И один холодный этот камень Мне теперь остался посреди Мертвой степи... Но небесный пламень Обещает радость впереди.
Мой Господь! Караешь ты нещадно: Твой Израиль сломан, сед и хром, Но тебя он любит также жадно, Как тогда боролся под шатром.
И твой раб, коварный, богоборный, Не устанет ставить алтари, И, всему, что ты велишь, покорный, Ждать тобой обещанной зари.
Нет, не даром путь мой был так труден! Хоть убог мой каменный алтарь, Будет миром править скиптр Иудин, И привет Освободитель-Царь.
Где сокрыт весенний гроб Рахили, Это место свято будет всем. Ночь глуха, как некогда в Вефиле, И звезда глядит на Вифлеем.
Cookies on Poetry Cove