Эринний грозных горький, безлирный вопль
Затмил внезапно дня твоего закат;
Как древле старица Гекуба,
Урны несла ты с любезным пеплом.
Но не подрезан Скейский высокий дуб,
И синь как прежде твой заповедный Ксанф,
И веют в древней, дикой роще
Тень Поликсены и тень Кассандры.
С каменьев храма стерта родная кровь;
Ахейской меди смолк смертоносный гул.
Целят твое больное сердце
Тихие миры, полей свирели.
Благоуханен жизни твоей отцвет,
Как зыбколистных лип золотой хитон,
И свежи девственные розы
В древнем раю твоего наследства.
Твоей осенней, давней печали тишь
Лелеет чутко вешний младенца смех,
И при тебе цветет пышнее
Рдяный румянец веселой нимфы.