Когда я был отчаяньем объят
И сокрушен борьбою непосильной,
И в сердце проникал смертельный яд,
И сон носился надо мной могильный,
Когда, в уста лобзая черный грех,
Все глубже я тонул в греховной бездне,
И достигал врага веселый смех
До скорбного одра моей болезни, --
Тогда из крови, мрака и огня,
Из бездны, огнедышащей и черной,
Ты -- благостная -- вывела меня
В цветущий луг, в лазурный воздух горный.
И смех врага в безбрежности затих,
И нет следа ни мук, ни вожделений...
Дай плакать мне у детских ног твоих,
Дай плакать мне, обняв твои колени.