Когда я был на рубеже двух жизней, Услышав зов: «все прошлое покинь,» К тебе я путь направил, как к отчизне, Моя Волынь.
И ты надежд моих не обманула: Я сбросил бремя северных цепей, Все прошлое в просторе потонуло Твоих степей.
Моя Волынь! где маки вдоль дороги Горят, как кровь, и, уходя в простор, Вздымаются волнистые отроги Карпатских гор!
Где дикий лес напевов полон птичьих И любит горлица заветный дуб... Привольный край воинственных лесничих, Как ты мне люб.
Питомцы гордые лесов и воли, Они -- такие же, как были встарь: Всем даст приют, предложит хлеба-соли Волынский царь.
Лесничий чужд бездействия и лени, Весь день по дебрям рыщет он густым, В его дому висят рога оленей, Убитых им.
И сладок сон его под шкурой лисьей, В глухом лесу, где видел он не раз, Как в темноте сверкает желтой рыси Коварный глаз.
Приветь мой вам, лесничие Волыни! Я в ваших семьях принят был, как свой, Я к вам всегда из северной пустыни Лечу душой.
Я привязался к вашим лицам грубым, Я ваш, друзья! Мне кажется: уже Я вновь у вас, под заповедным дубом, На рубеже
Лесов Волынских. К Австрии недальной Я устремляю взоры: предо мной С горы открылся замок феодальный; Где жил, больной,
Великий Петр в дни Прутского похода... Люблю тебя, как благодатный рай, О, колыбель славянского народа, Волынский край!
На юг, на юг бегут мои дороги, Где, полные израильских письмен, Оплакивают славу синагоги Былых времен.
Где гордый лях клянет свои оковы, Где чуждый ветер дует от Карпат, И дремлет Кременец средневековый, Горами сжат.
Волынский край, где я нашел не чаяв, И путь, и жизнь! где на горе крутой Таинственно белеющий Почаев, Как страж святой,
Хранить рубеж России вожделенной, Пречистою спасаемый от бед, Где навсегда стопы Ее нетленной Сияет след.
Cookies on Poetry Cove