Ты, ждавшая святого часа,
Цвела, незримая людьми,
На тихих берегах Мааса.
В твоем укромном Домреми.
Предчувствий никому не выдав,
Молясь, ты жаждала меча,
Под вещим деревом друидов,
У струй целебного ключа.
В весенний праздник, ночью грозной,
Пастушке, бедной и простой,
Предстал архангел меченосный
Неотразимою мечтой.
Сбылось Мерлина предсказанье:
Спасительницу Бог воззвал.
И перси, чуждые лобзанья,
Холодный панцирь оковал.
И девушка с душою львиной,
Луары огласив брега,
Перед французскою дружиной,
Как вихрь, помчалась на врага.
И латы светлые, как пламя,
Горят на персях молодых,
И на воздетой орифламме --
Сиянье лилий золотых.
Девичий взор и меч разящий
Зовут солдат на красный пир.
За нею -- Дюнуа кипящий
И рассудительный Ла Гир.
Бегут рыдать о прежней славе
Толпы несчастных англичан...
Граф Дюнуа! ты видишь въяве
Освобожденный Орлеан!
И в Реймсе Карл миропомазан,
Лилея Франции цветет.
Но где же ты, кому обязан
Спасеньем, славою народ?
Случилося второе чудо
Неблагодарности, и вновь
Подкуплен сатаной Иуда
-- Предать и погубить любовь.
Тебя с Искариотом купно
Клеймит проклятие племен
Над мученицею преступно
Торжествовавший Пьер Кошон!
Но истина неумолимо
Столетий пронизала дым:
Апостольскою властью Рима
Ты сопричислена святым.
Явись же мне в часы молитвы.
-- О первая моя любовь! --
Как беспощадный ангел битвы,
Вся -- ярость, золото и кровь.
Твое мне имя несказанно,
Как в те далекие года,
Святая дева Иоанна,
Прекрасной Франции звезда!