Нет, я не знал, что даже на чужбине
Меня, весна, обрадует твой взор.
Но ты пришла: Хопер бушует синий,
Растаял снег на черных склонах гор.
И льется в душу влажный звездный трепет...
Раскрыты окна, и работать лень,
Когда детей звенящий смех и лепет
У кузницы не молкнет целый день.
Повеселел кузнец чернобородый,
И медленен его степенный шаг,
Когда он сам обходит огороды,
Крутым обрывом свисшие в овраг.
Руками, закопченными от дыма,
Цыгарку вертит он, а из окна
Смеется мне головка херувима,
Воздушным золотом опушена.
И на заре поет под бергамотом,
Укрытый тенью розовых ветвей,
Быть может, на пути к родным болотам,
Случайно залетевший соловей.