Снова, снова с ладаном и звоном
Остия взнеслась передо мной,
И Христос-младенец Симеоном
Принят в руки. Кончен путь земной.
В храме холод. Но сияет синий
Свод небес в предчувствии весны.
Слышу голос: «отпущаешь ныне».
Свечи вечные освещены.
(Семь годов назад) я был поставлен
В алтаре, приявши на ладонь
Плоть Христа. Когда же будет явлен
Сердце мне сжигающий огонь?
Ближе дым и ближе пенье хора.
Вот они, воители Христа,
Шествуют, не подымая взора,
Все под тенью черного креста.
Отроки звонят неумолимо
И грядет, как судия на суд,
Полновластный представитель Рима,
Сжав в руках таинственный сосуд.
А пред ним колышутся знамена,
И блестят Марии вензеля,
И с небес взирает царь Сиона,
Как Ему покорствует земля.
Старцы, дети слиты в общем гимне,
Он растет над сводом как гроза...
Бледные, в одежде темной, зимней,
Девочки проносят образа.
Но пройдут три месяца, и те же,
Белоснежной стаей голубиц,
Будут реять, дождь цветочный свежий
По дороге рассекая ниц.
В облаке кадил благоговейных,
Окружая плоть Христа и крест,
Соберется в платьицах кисейных
Много, много маленьких невест.
Загремит рыдание органа,
Как любовью бьющаяся грудь...
О, гряди, невеста, от Ливана,
О, усыпьте лилиями путь.