Он песни пел, пленял он дев,
Владел и шпагой и гитарой.
Пройдет -- и затихает гнев
У ведьмы даже самой ярой.
И жен лукавая хвала,
И дев мерцающие взоры!
Но бойтесь -- у богини зла
Неотвратимы приговоры.
Она предстала перед ним
В обличьи лживом девы нежной,
Одежда зыблилась, как дым,
Над дивной грудью белоснежной.
Он был желаньем уязвлен,
Она коварно убегала,
За ней бежал всё дальше он,
Держась за кончик покрывала, --
И увлекла в долину бед,
И скрылась на заклятом бреге,
И на проклятый навий след
Он наступил в безумном беге.
И цвет очей его увял,
И радость жизни улетела,
И тяжкий холод оковал
Его стремительное тело.
И тает жизнь его, как дым.
И тает жизнь его, как дым.
В тоске бездейственно-унылой
Живет он, бледный нелюдим,
И только ждет он смерти милой.