В любимых голосах сестёр покой так кротко дышит,
Далёк дождливый будень, что за окнами там бредит.
А здесь они на облаке лежат, и на висках их впалых
Угрюмо-гладки косы, глаз больших светильники погасли.
Их мучит часто мужа зов глухой,
Но Божье слово в пении сестёр.
И двери хлопают, и крик, как стаи вспугнутых галок,
Дрожат тела, и лилии ломаются от мук, --
Ещё темно, ещё заря окошек не напудрит,
Но что встаёт, встаёт, красно, кругло, тепло.
Как шар, вскипающий из ярости ночной?
И мечется, как море, мать, и раковинка на песке блестит:
О, человека сын родился.