Один из страхов перед смертью --
Тьма, одиночество могил,
И переход наш во владенье
Бесстрастных и безмолвных сил...
Как сыро, холодно и страшно;
Язык молчит, не развязать;
Нет зренья, слуха, ощущенья...
Зачем так скоро отпевать
И класть под землю! Вздор всё это!
Ведь ощущать не может труп?
И есть ли смысл сказать о камне
Что, будто, он умен, иль глуп?
Нет! В смертный час совсем другое!
Не то, не так произойдет:
Умерший в общество большое
Совсем нежданно попадет!
Не одиночество, не темень,
Не сырость, смрад и тишь могил
Его, представшего, обнимут
Как снедь, как жертву темных сил!
Сквозь полутень опочивальни
С тяжелым запахом лекарств,
Вдоль докторов с гробовщиками,
За многим множеством мытарств,
Сквозь вздохи, слезы, ряд истерик,
И после скучных похорон --
Он ни единого мгновенья
Лежать в земле не обречен!
Не в узкий гроб, не в тьму и сырость --
Он к свету глянет, на простор,
На позабытые свиданья,
В любвеобильный разговор!
Испуг, восторг, недоуменье...
Но тут же, в тот же миг, вопрос:
«Закончил ты всё, всё земное?
Скажи же, что́ сюда принес?»
Прозренье в смерти многим лучше...
Вздор холод, сырость, черви, тьма!
Мне скажут: то мечта пустая!
Отвечу: истина сама!