Люблю я ночью золотою,
Когда вверху плывет луна,
Идти открытою межою...
Цветут дурман и белена́;
Хлеб снят. Решенье роковое
Больших трудов за круглый год!
Снопы, что́ шлемы в медном строе;
Луна на них сиянье льет;
Совсем как шлемы над землею!
Мне, мнится, полночь говорит:
«Здесь, под родимою землею,
Под каждым шлемом витязь спит!
На них излюбленным покровом
Мощь чернозема налегла,
Питает их! Заветным словом
Их можно вызвать на дела.
Тогда блистающею ратью
Они взойдут вдоль этих мест,
Чтоб поддержать родную братью,
Вас, целовавших тот же крест».