Осман! почто один, безмолвный и угрюмый,
Твой скорби полный взгляд с холма вперяешь в даль?
Почто орлиный взгляд подернут тяжкой думой,
И празден твой колчан, и пыль покрыла сталь?
Осман! ты страшен был врагам в пылу сражений,
Когда твой острый меч, предвестник лютых бед,
Как язва лютая, как разрушитель-гений,
По трупам пролагал победы славный след!
Ты грозен был, Осман, когда, на холм высокий
С дружиной устремясь, симун в полете злом,
В крови твоих врагов багрил кинжал широкий;
Но сброся острый меч и тяжкий сняв шелом,
Ты был краса пиров, Осман голубоокий!
Я помню юных дев, -- их неподвижный взор
В пирах к тебе, Осман, невольно устремлялся,
В движеньях, в их очах огнь страсти прорывался,
Желанья тайного понятный разговор.
Почто ж, Осман, один, безмолвный и угрюмый,
Твой скорби полный взгляд с холма вперяешь в даль?
Почто орлиный взгляд подернут тяжкой думой,
И празден твой колчан, и пыль покрыла сталь?
Что вижу? твой гарем вокруг объемлет пламя,
Твердыни погребли позор любимых жен;
О ужас! над луной взвевает вражье знамя,
Народ погиб мечом, вожди познали плен.
Рогдай! к победам вновь твоей дружины смелой,
Предтечей гибели, не поведет Осман;
Погибнет в праздности твой конь осиротелый,
Источит ржавчина звенящий твой колчан;
И дева роскоши, с приветливой улыбкой,
Твой стан, твой легкий стан обняв рукою гибкой,
Не поднесет к устам дымящийся кальян.