Черные стены суровой темницы
Сырость одела, покрыли мокрицы;
Падают едкие капли со свода...
А за стеною ликует природа.
Куча соломы лежит подо мною;
Червь ее точит. Дрожащей рукою
Сбросил я жабу с нее... а из башни
Видны и небо, и горы, и пашни.
Вырвался с кровью из груди холодной
Вопль, замиравший неслышно, бесплодно;
Глухо оковы мои загремели...
А за стеною малиновки пели...
Вот когда смерти впервые хочу я,
Мыслью далёко отсюда лечу я:
Вижу себя на коне и на поле,
Чую себя я на воле, на воле...
Солнце горит на небесной лазури,
Тучка несется -- предвестница бури,
Бурям готовятся дубы к отпору,
Внемлю я тайному волн разговору.
Чайки кружатся над морем стадами,
Плавно летают орлы над скалами...
Здесь, на раздольи и в эти мгновенья;
Как бы я умер в пылу исступленья!
Вашей мне жизни уж больше не надо:
В смерти своя есть и жизнь, и отрада --
В лоне природы, в борьбе и волненьях,
В страстных, вакхических мира стремленьях.