В трудах уставший и разбитый,
Душой задумчивой моей
Я слышу смех и лепет, слитый
С игрой бессмысленной детей, --
Я не горжусь тогда собою,
Что много мыслил я и жил
И что изведанное мною
Я в душу кладом положил...
Нет, предо мной тогда малютка
Во всем величии растет,
И болтовня его, и шутка
Сокрытой мыслию цветет.
Всё, что исполнил я, бледнело
Пред этой детской простотой:
Я -- ограниченное дело,
Он -- мысль с безбрежной широтой,
Всего зародыш и начало...
Еще грядет его пора:
Таит он семя идеала,
Возможность счастья и добра.