«Небо Аттики прекрасной
Надо мною не блестит,
И с Химета месяц ясный
Сквозь решетку не глядит.
Знать, под сенью Парфенона
Я лобзал тебя в уста,
Светлоокая кукона,
Чтоб проститься навсегда!
Но зачем с тобой так мало
На прощанье говорил,
И вокруг якеты алой
Страстно рук я не обвил!..
Освети же мрак темницы
Взором пламенных очей:
Мне давно не шлет денница
Светлорадужных лучей!..
Смерти жаждешь ты, Янина!
Слышу я: за мной идут,
Но албанцы Тебелина
Крови грека не прольют!..»
Пал, рыдая, на колени,
Он молитву сотворил --
И о каменную стену
Буйну голову разбил.