То были два мирных Иксельских пруда В счастливом цветущем Брюсселе. В них тихо блестела на солнце вода, Кругом берега зеленели.
Жизнь города шумно кипела вдали, Они ж, как два ясные ока, Смотрели на синее небо с земли Далеко, далеко.
В них лебеди жили под сенью ветвей, Их крылья в воде трепетали... И были там белые -- снега белей -- И черные -- точно из стали.
Они поднимали ударами крыл Фонтаны серебряной пыли, И каждый их гордую прелесть любил, А дети их хлебом кормили.
И лебеди были ручными совсем, И к людям не ведали страха... И плавали белые птицы поэм, Прекрасных поэм Роденбаха.
Но ужас свершился. Громовый раскат Потряс беззащитные стены, Ворвался предатель -- и город был взят, Несчастная жертва измены.
Кто мог -- тот бежал, и с оружьем в руках С Альбертом за родину бился... А в городе -- ужас, пустыня и страх, И враг с торжеством воцарился.
Раз -- женщина тихо к прудам подошла Осеннею лунною ночью, На место, где счастье когда-то нашла, Взглянуть еще раз ей воочью.
Одна... В этом городе, ставшем чужим, Где светлый сон счастья был прожит... А он -- тот, кто был так безбрежно любим, -- Далеко... Убит уж, быть может?
И утро лазурное вспомнилось ей, Когда, в ликованье апреля, Как дети, кормили они лебедей В прудах безмятежных Икселя.
«Вот -- лето пройдет -- и тогда наконец Дождемся желанного срока...» О, горе казалось для юных сердец Далеко, далеко!..
И вдруг ей почудилось бьение крыл И брызги серебряной пыли, И жалобный плач все кругом огласил: То -- черные лебеди были!
То плакали птицы... И горький их стон Страшнее был плача людского, И был ее сердцу понятнее он, Чем самое внятное слово.
«Голодные... Брошены в водах пруда, Без корма, одни, без защиты... Уж больше никто не придет к ним туда -- Забыты, забыты, забыты!..»
Внимала... И жалобный плач лебедей Звучал ей как слезы упрека: Для них... И для них -- счастье радостных дней Далеко, далеко!
Наутро пришли -- те, кто ныне в стране Гордился кровавой удачей: Узнали, что граждане скрыли на дне Оружье свое перед сдачей.
Чтоб в руки оно не попалось врагам -- Доверили водам в Икселе... Но кто-то донес им, что спрятано там, -- И воды -- спустить повелели.
И смотрят -- (и страшен безгласный их зов) Те два ослепленные ока... Где жлебеди бедных Иксельских прудов?.. Далеко... Далеко!
Cookies on Poetry Cove