-- О, друг мой юной! -- (глас возвыся,
Седглав тут рек):
Настал уж день и час отмщенья;
Зри многие полки Славянски
Уже стекаются отвсюду;
Услыши радостны их клики:
Се смерть, -- гласят, -- се пагуба врагам!
Бесчисленны ладьи готовы
Нести сих славных ратоборцев
Поверьх валов Варяжска моря.
Народ Славянской, помня все заслуги
Отцов твоих, отцов моих,
И ведая, сколь мне
Перун всесильной благотворен,
Сколь мил ему первейшей его жрец,
Тебя единым гласом все колена
Вождем своим уж нарекли.
Гряди, гряди на брань
И смело подвизайся,
Карай, рази врага, им отомщая
Все раны, кои он нанес
Тебе и мне и нашему языку;
Неси ты бурной огнь в селенья Кельтски;
Лей кровь… ax! для чего
Бессильные мои рамена
Подъять не могут брони тяжкой;
Я был бы вождь полков Славянских,
И мщеньем ярости
Непримиримыя пылая,
Вращал бы меч мой обоюдной
В груди и в недрах сопостатов,
Отмщая смерть моей супруги;
Из трупов бы врагов, попранных долу,
Престол воздвигнувши высокой,
Тебе Перун, тебе, я сердце,
Из груди вражьей извлеченно,
Тебе бы в жертву я принес.
О! бог, всесильной бог! --
Вещал Седглав тут в исступленьи, --
Отверзи очи ты души моей,
И книга будущих судеб
Да предо мною разогнется! --
Тут юноша простерся долу
В благоговении сердечном;
Воздел на небо руки жрец.