Недавно бедный музульман В Юрзуфе жил с детьми, с женою; Душевно почитал священный Алькоран И счастлив был своей судьбою;
Мехмет (так звался он) прилежно целый день Ходил за ульями, за стадом И за домашним виноградом, Не зная, что такое лень;
Жену свою любил -- Фатима это знала, И каждый год ему детей она рожала -- По-нашему, друзья, хоть это и смешно, Но у татар уж так заведено. --
Фатима раз -- (она в то время Несла трехмесячное бремя, -- А каждый ведает, что в эти времена И даже самая степенная [жена]
Имеет прихоти то эти, то другие, И, боже упаси, какие!) Фатима говорит умильно муженьку: «Мой друг, мне хочется ужасно каймаку.
Теряю память я, рассудок, Во мне так и горит желудок; Я не спала всю ночь -- и посмотри, душа, Сегодня, верно, я совсем нехороша.
Всего мне [должно опасаться]: Не смею даже почесаться, Чтоб крошку не родить с сметаной на носу -- Такой я муки не снесу.
Любезный, миленькой, красавец, мой дружочек, Достань мне каймаку хоть крохотный кусочек». Мехмет [разнежился], собрался, завязал В кушак тарелку жестяную,
Детей благословил, жену поцеловал И мигом в ближнюю долину побежал, Чтобы порадовать больную. Не шел он, а летел -- зато в обратный путь
Пустился по горам, едва, едва шагая; И скоро стал искать, совсем изнемогая, Местечка, где бы отдохнуть. По счастью, на конце долины
Увидел он ручей, Добрел до берегов и лег в тени ветвей. Журчанье вод, дерев вершины, Душистая трава, прохладный бережок,
И тень, и легкой ветерок -- Всё нежило, всё говорило: «Люби иль почивай!» -- Люби! таких затей Мехмету в ум не приходило,
Хоть [он] и мог . -- Но спать! вот это мило -- Благоразумней и верней. -- За то Мехмет, как царь, уснул в долине; Положим, что царям [приятно спать] дано
Под балдахином на перине, Хоть это, впрочем, мудрено.
Cookies on Poetry Cove