В томной неге утопая,
Сладострастия полна,
Лунным светом облитая,
Вот Севилья, вот она!
Упоительно-прекрасен
И вкушая сладкий мир,
Вот он блещет, горд и ясен,
Голубой Гвадалквивир!
Близ порфировых ступеней,
Над заснувшею водой,
Там, где две сплелись сирени,--
Андалузец молодой:
Шляпа с длинными полями,
Плащ закинут за плечо,
Две морщины над бровями,
Взор сверкает горячо.
Под плащом его -- гитара
И кинжал -- надежный друг;
В мыслях -- только донья Клара
Чу! -- и вдруг гитары звук.
С первым звуком у балкона
Промелькнула будто тень...
То она, в тени лимона,
Хороша как ясный день!
То она! И он трепещет,
Звуки льет как соловей,
Заливается -- и мещет
Огнь и пламень из очей.
Донья внемлет в упоеньи,
Ей отрадно и легко...
В этих звуках, в этом пеньи
Всё так страстно-глубоко!
Под покровом темной ночи,
Песни пламенной в ответ,
Потупляя скромно очи,
Донья бросила букет.
В томной неге утопая,
Сладострастия полна,
Лунным светом облитая,
Вот Севилья, вот она!