Усталый от забот, от взглядов осторожных,
От светской умной лжи, от приторных услуг,
Друзей докучливых или врагов ничтожных
И, позабыв борьбу в груди стесненных мук, --
Отрадно я лечу в мой уголок родимый;
С забвением гляжу на вольный бег коней,
Встречаю весело мелькающие мимо
Березки голые, овраги, мост, ручей,
И грустно-серые убогие избушки,
И мужичка без шапки, и плетень,
И леса синего чуть видные верхушки,
И сумерек густеющую тень.
С полей уснувших свежестью ночною
Повеяло; во мраке тонет взгляд;
И тучки носятся внимающей толпою
Вокруг луны, и звездочки глядят.
Чу, -- звуки... что это? Эх, песенка родная!..
Так за душу и тянет... С малых дней
На думу каждую я слышал отклик в ней,
И тосковал, ее тоске внимая…
На Волге ль под грозой ты, песня, сложена?
Иль под разгул широкого веселья?
Ты с беззаветною ль отвагою дружна?
Или с тоской тяжелого похмелья?
Ты русской, бойкою задумана душой, --
Страдания, тоска, обида, плач разлуки,
Разгульной доле вечный упокой,
Насмешка над судьбой я жизнью… всё ты в звуки
Перелила. И молодец лихой,
Сдружася с ночкою, один в глухую пору
Ту песню затянул назло судьбе самой,
Назло грозящему людскому приговору...
И в этот чудный миг ему всё решено!
Под шумным говором приветливой дубровы
Полегче на сердце, -- а после всё равно...