Лишь день я на престоле Фивы,
Но Ель-Молук зовет меня
В приют свой тесный, молчаливый.
Там чудная, вещают, скрыта
Обитель от сиянья дня;
Там саркофаг иссечен из гранита,
И барельеф пред главными вратами
Искусно вылит золотой,
Где солнце, боги, царь с подъятыми руками...
Там Озирис в ероглифах вещает,
И с ястребиной головой
Бог Фре владычества ряд длинный обещает...
Лишь день я на престоле Фивы...
Зачем же на сердце мне горесть наводить?
Вокруг меня сонм радостей игривый...
Вокруг меня еще все жизнью полны,
И сам я, царь, лишь начинаю жить...
Вокруг меня моих народов волны!..
О, что в бессмертии мне дальнем,
В твоих таинственных заветах, Озирис?
В твоем величьи погребальном?
Что свет златых лампад пред яркою денницей!
Над кем, о Фре, твои гадания сбылись
За тою грустною, гранитною гробницей?
Часы прикованы в обители печали,
А здесь они так весело бегут!
Здесь нет богов, но жизнь нам боги ж дали!
Лети же, яркая, без грусти, без тревоги!
Еще успеем мы к Атму предстать на суд,
Где жребий прорекут не смертные, а боги;
Где после кратких дней ждет долгая отплата;
Есть казнь -- обещаны Элизия поля,
Где всё печальное утратим без возврата.
Жрецов предания всегда красноречивы!..
Там нет тебя, о Нил, о Фивская земля!
И первый день еще я на престоле Фивы!