Нет, злобою людской и мраком гробовым Надежд похищенных ничто не заменяет, Когда под гибельным дыханьем роковым И мыслей гаснет огнь, и сердце увядает!
Тогда не только роз слетает цвет с ланит, Но самая душа, лишась очарованья, Теряет свежесть чувств, и всё ее томит В пустыне бытия тоской воспоминанья.
Тогда враждебный вихрь страдальцев жалких сих, Не исчезающих под яростью волненья, В пучину грозную влечет пороков злых Или бросает их на камни преступленья.
Гроза свирепствует, ревут громады волн; Не блещут в очи им отрадные светилы... Уж нет кормы, уже в щепы разбит их челн И бездна залила их сердцу берег милый!
Тогда несчастного объемлет душу хлад, Как смерти страшное и мразное дыханье... Ах! жизнь без прелести и сладостных отрад -- Без дружбы и любви -- одно лишь наказанье!
Тогда бесчувственны к страданьям мы чужим; Нет страсти ни к чему в душе осиротелой. Блеснет ли взор чела под сумраком густым? То блеск слезы... но блеск слезы оледенелой!
Появится ль порой улыбка на устах? Так метеор во тьме могилу озаряет; Так плющ, виющийся на башенных стенах, Зубцы их ветхие гирляндами венчает.
«О башня! ты крепка», -- прохожий говорит. И правда, всё на ней снаружи зеленеет; Внутри ж, под камнями, ужасный змей лежит, Всё развалилося, всё мрачно и всё тлеет.
Ах! если бы я мог по-прежнему питать Чувствительности огнь в груди моей застылой! По-прежнему любить... иль слезы проливать!.. Тогда бы на пути сей жизни, мне постылой,
Отраден сердцу был и мутных слез ручей!.. Мои душевные потери невозвратны, Я знаю; но в степи, где свежих нет ключей, И воды горькие для путника приятны!
Cookies on Poetry Cove