Удар за ударом, Полуночный гром, Полнеба пожаром Горит над селом.
И дождь поливает, И буря шумит, Избушку шатает, В оконце стучит.
Ночник одиноко В избушке горит; На лавки широкой Кудесник сидит.
Сидит он -- колдует Над чашкой с водой, То на воду дует, То шепчет порой.
На лбу бороздами Морщины лежат, Глаза под бровями Как угли горят.
У притолки парень В халате стоит: Он, бедный, печален И в землю глядит.
Лицо некрасиво, На вид простоват, Но сложен на диво От плеч и до пят.
«Ну, слушай: готово! Хоть труд мой велик, -- Промолвил сурово Кудесник-старик, --
Я сделаю дело: Красотка твоя И душу и тело Отдаст за тебя!
Ты сам уж, вестимо, Зевать -- не зевай: Без ласки ей мимо Пройти не давай...»
-- «Спасибо, кормилец! За всё заплачу; Поможешь -- гостинец С поклоном вручу.
Крупы, коли скажешь, -- Мешок нипочем! А денег прикажешь -- И денег найдем».
И с радости дома Так парень мой спал, Что бури и грома Всю ночь не слыхал.
Пять дней пролетело... Вот раз вечерком На лавке без дела Лежит он ничком.
На крепкие руки Припав головой, Колотит от скуки Об лавку ногой.
И вдруг повернулся, Плечо почесал, Зевнул, потянулся И громко сказал:
«Слышь, мамушка! бают У нас в деревнях, Вишь, доки бывают, -- И верить-то страх!
Кого, вишь, присушат, Немил станет свет: Тоска так и душит!.. Что -- правда аль нет?»
-- «Бывают, вестимо, -- Ответила мать. -- Не дай бог, родимый, Их видеть и знать!..»
«Ну правда -- так ладно! -- Сын думал. -- Дождусь!.. Эх, жить будет славно, Коли я женюсь!..»
Но, видно, напрасно Кудесник шептал И девице красной Тоской угрожал:
Другого красотка Любила тайком За песни, походку И кудри кольцом...
А парень гуляет, Как праздник придет, Лицо умывает И гребень берет,
И кудри направо, Налево завьет, Подумает: «Браво!»-- И пальцем щелкнет.
Как снег в чистом поле, Рубашка на нем, Кумач на подоле Краснеет огнем;
На шляпе высокой, Меж плисовых лент, Горит одиноко Витой позумент.
Онучи обвиты Кругом бечевой, И лапти прошиты Суровой пенькой.
Тряхнет волосами, Идет в хоровод. «Ну вот, дескать, нами Любуйся, народ!»
Как встретился с милой -- Ни слов, ни речей: Что в памяти было -- Забыл, хоть убей!
Вдруг правда случайно До парня дошла: Уж девкина тайна Не тайной была...
Вся кровь закипела В бедняге... «Так вот, -- Он думал, -- в чем дело! Кудесник-ат врет.
Не грех ему палкой Бока обломать, Обманщику... Жалко Мне руки марать!»
И два дня угрюмый, Убитый тоской, Все думал он думу В избушке родной.
На третий, лишь только Отправилась мать На речку в ведерко Водицы набрать, --
С гвоздя торопливо Котомку он снял; «Пойду, мол!..» -- и живо Ремни развязал.
В тряпице рубашку В нее положил И с ложкою чашку Туда ж опустил.
Халат для дороги Про непогодь взял... Мать входит -- он в ноги Ей пал и сказал:
«Ну, матушка, горько, Признаться, идти С родимой сторонки... А видно, прости!»
Мать так и завыла: «Касатик ты мой! Ах, крестная сила! Что это с тобой?»
-- «Да что тут мне биться Как рыбе об лед! Пойду потрудиться, Что бог ни пошлет.
И тут жил трудами Талана, вишь, нет...» Старушка руками Всплеснула в ответ:
«Да как же под старость Мне жить-то одной? Ведь ты моя радость, Кормилец родной!»
И к сыну припала На грудь головой И всё повторяла: «Кормилец родной!»
Сын крепко рукою Хватил себе в лоб И думал с собою: «Прямой остолоп!
Ну, вот тебе, здравствуй!.. Наладилось мне: Иди, малый, царствуй В чужой стороне!
А стало -- старушке Одной пропадать: Казны-то полушки Ей негде достать».
И парень украдкой Лицо отвернул И старую шапку На лавку швырнул.
«Ну полно, родная! Я в шутку... пройдет... Всё доля дурная... Наука вперед!»
Румяное солнце К полям подошло, В избушке оконце Огнем залило,
Румянит, золотит Лесок в стороне. Мой парень молотит Овес на гумне.
Тяжелые муки В душе улеглись, Могучие руки За труд принялись.
Цеп так и летает, Как молния, жжет, На сноп упадает, По колосу бьет.
Бог помочь, детина! Давно б так пора!.. Долой ты, кручина, Долой со двора!
Cookies on Poetry Cove