Ох, времечко! Скорехонько Летишь ты, хоть без крыл. Уж двадцать лет ровнехонько, Как в Питере я был.
В питейном департаменте Служение имел, На каменном фундаменте Домишком я владел.
С особами отличными В знакомстве состоял, Поклонами приличными Начальству угождал.
Как всё переменилося! Мне Питер стал чужой; Всё новое явилося, Чуть пахнет стариной!
Секрет мой обнародовать Вновь прибыл я в него, Хоть много израсходовать Пришлось мне для того.
Одно мне утешительно, Что ведать кой-кому Секрет такой спасительно. Приступим же к нему:
Грамматику, эстетику Из мысли я прогнал. Люблю лишь арифметику, От ней богат я стал.
Сперва я от деления Немало получил: Начальник отделения Делить меня учил.
По мере повышения Мой капитал толстел И рос -- от умножения Просителей и дел.
Дало плод вычитание, Как подчиненным я Не брать дал приказание, За вычетом себя.
Сложив всё, в заключение Сложенье я узнал, И вышел от сложения Изрядный капитал.
Хоть шиворот-навыворот Я правила прошел, Не выведут за шиворот, Куда б я ни вошел!
До Павловска катался я Железной мостовой, Парами восхищался я -- Не столько быстротой!
В воксале, в упоении, Прослушал я цыган: Вот, доложу, уж пение -- Что палкинский орган!..
Смотрел намедни «Фебуса»... В нем Сосницкий лихой... Ну точно у Брамбеуса, Смешливый слог такой.
Я надорвал животики, От смеха лопнул фрак! Читая «Библиотеки», Не хохотал я так!..
Пришлося «Титулярных» раз Мне как-то посмотреть, Вот здесь так, уверяю вас, Другому б умереть!
Над ними, посудите-ка, Смеются так, что страх; Ну, это просто критика: Я сам в таких чинах!..
Вчера смотрел Тальони я, Притом еще в «Тени»: В поступках -- благовония И прелести одни.
Что это за чудесница! Не жаль пяти рублей! Отменно пляшет крестница, -- Но далеко до ней...
Весь Невский, чудо Питера, На ваньке облетел; На вывеске кондитера Я диво усмотрел:
Там в «Пчелку» с умилением Турецкий франт глядит, Читает с наслаждением Гречанка «Инвалид».
Он в красках всё прелестнейших Представил напоказ; Таких вещей чудеснейших И в Пскове нет у нас!
Не ждал, чтоб ум в кондитере Был сметлив так, клянусь... Уж подлинно, что в Питере Во всем изящный вкус...
Трубой какой-то внутренней На Невский из земли Светящий до заутренней Газ немцы провели.
Накрыт стеклянной шапкою, Огонь большой такой Горит гусиной лапкою! Ну так... что день-деньской!
Прощайте! оставляю вас. Чувств много, мало слов! В Кунсткамеру бегу сейчас, А завтра еду в Псков...
Хоть друг я в аккуратности, Хоть я не ротозей, Избегнуть коловратности Не мог я в жизни сей.
Вернуться с первой станции Я в Питер должен был, Понеже в нем квитанции По делу позабыл.
В великую конфузию Был тем я приведен, Как будто бы контузию Мне дал Наполеон.
Меня так озадачило, Что тут же на пути, Как в лихорадке, начало В санях меня трясти.
Я чуть не обморозился, Не мог ни есть, ни спать; Приехав, прямо бросился Квитанции искать.
Хозяйка той гостиницы, Где я стоял, была В тот день у именинницы И комнат не мела.
«Ну, это, -- молвил радостно Я сам себе, -- к добру! « Искал с надеждой сладостной И всё нашел в сору...
Душа в каких-то сладостях Тонула у меня; Я в Питере, на радостях, Остался на три дня.
На Невском у механика Казал мне кум Антип Картины, в виде пряника, -- То есть -- дагерротип.
Божуся вам сурьезно я: Их солнышко печет; Ну, штука прекурьезная: Немецкий всё расчет!
Ходил я в Академию «Помпею» ту смотреть, За что Брюллову премию Пришлося возыметь.
Вот это прелесть сущая! Картина вся в огнях, Народу там тма-тмущая Пешком и на конях.
И видно, что с постели их Спугнул всех ночью страх: Иные без сапог из них, Иные в колпаках.
Там мальчик, такой душенька, На улице лежит И точно мой Петрушенька Глазенками глядит.
Там деньги, ради прибыли, Сбирает с мостовой, Согнувшись в три погибели, Кащей такой седой.
На псковского подьячего Похож, ни дать, ни взять, Теперь с того не для́ чего Портрета рисовать.
Там дама авантажная Катилась впопыхах; Хоть одноколка важная, А вся расшиблась в прах.
Сумятица ужасная! Помпея же в пожар Уселася, несчастная, Одна на тротуар.
Какой-то хват пригоженький С собой старушку звал: Куда! -- Отнялись ноженьки: Последний день настал.
Отменно нарисовано, Отличнейшая вещь! Я был к ней как прикованный, Впился в нее как клещ.
Так живо представляется, Что хоть рукой бы взять. Брюллов наш отличается, Уж нечего сказать!..
Конторы все питейные, Горевшие в ту ночь, Заводы оружейные Потрафил он точь-в-точь.
Я думал: не в чаду ли я? Похоже чудо как; Был в сам то время в Туле я: Действительно, всё так.
Создатель! Что за множество Там разных этих зал; Я всякого художества Там пропасть повстречал.
А лучше всех красуется Статуя мужика: Он важно в бабки дуется, И видно, что битка́!
По выходе из комнат сих Я мимо сфинок шел И было не заметил их, Да надпись вдруг прочел:
«Мемноновым представлены В святый наш Петроград, На пристань здесь поставлены». Действительно, стоят.
Скажу, огромные сии Две сфинки -- чудеса: В фалборках, как из кисеи, Закрыты волоса.
Таких чудных окроме я Не видел отродясь: У них физиономия Такая, как у нас!
Вот выдумка забавная -- В театре маскерад! Попировал там славно я, Уж подлинно впопад.
Как в дни великопостные, Во всей таки красе, Такие пресурьезные, Там в шляпах ходят все.
На всех салопы черные До самых до колен, А на иных отборные Наряды всех племен;
Как будто с чайных ящиков Пришли все в маскерад. Кабы достать образчиков Весь Псков наш будет рад.
Уж стали бы отхватывать Мазурку -- ай-люли! Сумели б всех порадовать, Как в пляс бы мы пошли.
А здесь что? -- Как уходятся -- Расходятся домой; За это деньги плотятся: Обычай уж такой!..
Раскланяюсь почтительно Теперь без дальних слов; Прощайте! Уж действительно Я завтра еду в Псков…
Проплакали отчаянно Пять суток мы с женой: Стряслась беда нечаянно Над нашей головой.
У черта сердце сжало бы -- Случись такой изъян: На барина две жалобы Пришло к нам от крестьян;
Донос их на господчика Упрятал я под спуд, За то меня, молодчика, Упрятали под суд.
Прочли то есть нотацию, -- Хоть просто умирать! Вписали в аттестацию: К местам не принимать.
Ну где ж тут правосудие, Я б всякого спросил?.. Чуть только вышел в люди я, Брюшко чуть отрастил,
Количество изрядное Деньжонок позашиб; Житье-то было б знатное, Да вдруг -- и скушал гриб...
Скажите, -- как правительство Изволит рассуждать: Вишь, я чиню грабительство! С чего б им это взять?..
Ходил всегда я в нанковых, Не то чтобы в трико, Не брал бумажек банковых И не тянул клико,
Умел всегда делишечки Чистехонько вести, И только разве лишечки Пришлось мне загрести.
В суде не валежирствовал, Не делал тяп да ляп; Ни с кем не дебоширствовал: Не всё ж ведь цап-царап...
Да что же?.. Я утешуся, Лиха ль еще беда! Не бойтесь -- не повешуся! Найду кусок всегда!
Я поступлю в компанию: Довольно их зело; Приличную по званию Я выберу -- назло!..
С женою от Аничкина Извозчика я взял, -- «Льва Гурыча Синичкина» Глядеть каприз припал...
Да сбился я афишками, И вышел тут крючок: С различными делишками Шел Пантелей Жучок.
Он человек, как водится, Сенатский, деловой; Да от жены приходится Пропасть, хоть с головой.
Всё дело-то в нотациях: Толкуют то и сё; На тонких экскузациях Основано тут всё.
Скажу: в большом был горе я, Бедняга Деловой! Такая же история, Вот точно как со мной!..
Зато нас с Василисою Утешила -- вон та, Что хочет быть актрисою, Такая суета.
Мне кажется, что шутствует Она напрасно так: Актрисой ведь присутствует Она давно никак?
Еще тут есть отменнейший, Честнейший человек, Расчетливый, почтеннейший, Одесский то есть грек.
Так сердце к нему клонится, Ведь как умен, злодей! Приятно б познакомиться: Люблю таких людей!..
На днях смотрел «Парашеньку» -- Нет прелестям конца! На крестницу Евлашеньку В ней сходство есть лица.
Тут очень уморительно Всех Гусева смешит, Тут пляшут так чувствительно, Что плачут все навзрыд.
Печальная оказия! Не видел ввек такой: Чуть сам не выл в экстазе я -- Уважил Полевой!
В окошко на пришпекте я Фигуру видел раз; Признаться: стал в решпекте я, Глядел почти что с час.
Верти́тся тут помещица, Ну точно дама пик; Я думал, мне мерещится И стал-таки в тупик.
С испуга я зажмурился, Но вдруг открыл глаза И чуть было не втюрился, Такая ведь краса!..
Что ж это?.. У завивщика, Так просто, для проказ, Машина, вроде живчика, Вертится напоказ.
Меня сначала мучило, Стоял я как дурак; А вышло -- просто чучело... И всё-то в жизни так!..
Намедни, кажись в пятницу, Иду повеся нос, Встречаю вдруг сумятицу И вижу: тут курьез.
Коляска самокатная Катит без лошадей: Работа деликатная, Не русских, знать, затей...
И лодка б так не плавала На полных парусах -- Как будто бы два дьявола Уселись в колесах...
Но здесь я закалякался, А дома ждет жена; Ну, как бы я не всплакался: Задорлива она!
Живу в Грязно́й покудова, Не плачу ни о чем; А в Псков меня отсюдова Не сманят калачом.
Мне здешнее правительство Оказывает честь: В газеты, с местом жительства, Меня велело внесть;
Чин, имя и фамилия -- Всё внесено в столбец. Ведь это значит -- в силе я, Каков я молодец?..
Итак -- мое почтение! Готовый быть по гроб У вас во услужении Феклист Онуфрич Боб
Cookies on Poetry Cove