Он был казак. Брега родного Дона Его взрастили в зелени полей; Как верный сын свободного притона, Не признавал он ставленых властей.
Гулял свободно, грабил караваны И ужас наводил он на купцов; Не страшны были царские охраны Отборной шайке вольных удальцов.
Но надоело для корысти чуждой Свой хоровод разбойничий водить -- И захотелось честной, верной службой Свои грехи былые искупить.
Прослышал он, что кличут клич с Урала, Зовут на помощь с камских берегов, Где храбрых гость победно охраняла Обширный край от натиска врагов.
И он пошел туда с своей ватагой, Вступил на службу к воинам-купцам, Там вдовольбыло тешиться отвагой И разгуляться волжским молодцам.
Но не могли потехи обороны Его души отважной утолить; Проведал он, что есть в Сибири троны, Которых мощь возможно сокрушить.
Хоть много их, язычников безбожных, -- Разбойник волжский, чудо-богатырь, Он, во главе товарищей надежных, Низринулся в далекую Сибирь.
Среди лесов и тундры многоводной Он смело шел, встречаяся с врагом. Непобедим порыв души свободной, Когда она сражается с рабом.
Для них война считалася забавой; Противостать враги им не могли; И шли они с победоносной славой Всё дальше в глубь неведомой земли.
Там Ермаку никто не прекословит, Числу врагов он не подводит счет. Кто льва рукой в пустыне остановит? Кто, дерзкий, путь ему пересечет?
Настиг царя на воинской ловитве. Повел своих, отвагою дыша, И доконал врагов в кровавой битве, Смешав их кровь с водою Иртыша.
И снарядил он к Грозному посольство, Чтоб рассказать, как справился с врагом, Просил забыть былое своевольство И царством бил державному челом.
И царь послов с приветом ясным встретил, И принял дар донского казака, На подчиненье милостью ответил, Не вспомянул былое Ермака.
Он одарил отважных добровольцев И шубу выслал с царского плеча Тому, кто был, как вождь тех своевольцев, Давно намечен жертвой палача.
Но час настал... Его из сотворенных Не избежит никто и никогда! На горсть бойцов, в сон крепкий погруженных, Набросилась свирепая орда
Для Ермака не страшны нападенья, Он бил ее, как бьют врагов орлы; Но, ослабев, в реке искал спасенья И в волны прыгнул с каменной скалы.
Он утонул, подавленный убранством, И прах его восприняла река; Но подарил он Русь обширным царством, И чтит она тот подвиг Ермака.
Cookies on Poetry Cove