Ангел зимний, ты умер. / Звезда
синей булавкою сердце колет.
Что же, старуха, колоду сдай,
брось туза на бездомную долю.
Знаешь, старуха, мне снился бой:
кто-то огромный, неторопливый
бился в ночи с проворной гурьбой,--
ржали во ржах жеребцы трубой,
в топоте плыли потные гривы...
Гулкие взмахи тяжелых крыл
воздух взвихрили, и -- пал я навзничь.
Выкидышем утробной игры
в росах валялся и чаял казни.
Но протянулась из тьмы рука,
вылитая -- верь! -- из парафина.
Тонкая, розой льнущая, ткань,
опеленав, уложила в длинный
ящик меня. / Кто будет искать?
Мертвый, живой -- я чуял: / потом
пел и кадил надо мною схимник,
пел и кадил, улыбался ртом,--
это не ты ли, мой ангел зимний?
Это не ты ли дал пистолет,
порох и эти круглые пули?..
Песья звезда, миллионы лет
мед собирающая в свой улей!
Ангел, ангел, ты умер. / Звезда,
что тебе я -- палач перед плахой?..
В двадцать одно сыграем-ка. / Сдай,
сдай, ленивая, сивая пряха!