Река, змеясь по злым долинам,
В овраг вошла о край села;
Там церковь в золоте старинном
Тяжелый купол подняла.
Дорога в ветлах -- так печальна,
Еще печальней синий взгляд
Осенних сумерек, прощально
Скользящих в парк, где пни горят.
Они пылающей листвою
Занесены и -- как костры.
И светят зеленью живою
Лишь сосны, иглы чьи -- остры.
А в доме, белом и безмолвном,
Над гробом свечи возжжены:
Благоуханный ладан волнам
Лиловым отдал лик жены.
Неугасимое страданье --
Острее колких игл, и в нем
Сквозит с краснеющею дланью
Фигура ангела с мечом...
Прозрачна синь грядущей ночи,
Всей -- в шепоте и вздохах снов;
И неземных сосредоточий
Полна печаль немых венков...
Фамильный склеп закроет скоро
Парчу и розовый глазет,
И крупные цветы, и взора
Под бледным веком круглый след...
Но от морщин ли тонко-четких
Усопшей барыни иль так --
Плывет суровость. И решетки
Хрипят под шагом: сон иссяк.
Струятся свечи. Жмется дворня,
А тени пляшут по стенам --
Лохматей, шире и проворней,
Ох, будет, будет лихо нам!
Прядет дьячок сугубым ритмом
Из книги кожаной псалом,
И капли воска по молитвам
Горячим катятся стеклом.
Тяжел и низок церкви купол.
И Ангел пасть уже готов.
-- Смотри: Он склепа герб нащупал!
И крупен снег чужих цветов.