Пчелы роются в цветах недаром, К наклоненному спеша крыльцу: Я и сам в погоне за нектаром, Творческую разношу пыльцу.
То на рыльце (где в основе -- завязь) Сыплется с тычинок пыль, труха, Чтобы виноград, ядром прославясь, Загрузил корзины доверха.
Это скрещиванье, опыленье -- Что, как не древесная любовь? Медленно, однако, поколенье Лезет семечками из плодов.
А у нас ни сроков, ни охоты Сохранять врожденное лицо: Черенок и нож подтянут всходы, Банка светится уже пыльцой.
Слыша, как под песни комсомолок Перестраивается страна, Улыбается в усы помолог: -- Молоды еще мы, старина! --
Над Козловом день -- высок, лазурен. Но куда лучистей воля, ум У того, кого зовут Мичурин, Кто в зеленый окунулся шум.
Селекционер, он в мире первый Показал (трезвейший чародей!), Сколько превращений и гипербол Спрятано в растении, в плоде.
Осторожно косточку он вынул Тут из одного, а там другой Обернулся к северу малиной -- Накладною шапочкой такой.
Помесь вишни с абрикосом (или, По-ученому сказать, гибрид) И цветет и пахнет в щедрой силе,-- Розовыми красками дарит.
Вся страна вниманьем окружила Свой питомник, свой бесценный сад. Чуть сквозят на солнце листьев жилы, Бергамоты гирями висят.
И отчетливо так вижу: / Тенью Яблони (вон той!) пересечен, Проверяет закон тяготенья Мичуринской антоновкой Ньютон...
Выводя породу за породой, Дичь и косность мы на части рвем. Что ж, повозимся еще с природой, Поработаем и поживем!
В долголетьи нет стране отказа,-- Нас гормоны новые бодрят. Нам социализм широкоглазой Веткой машет дни и ночь подряд.
Сами из породы полноправных, Садоводы чувств и головы, Мы вконец спокойны за питомник, За сады, в движении молвы,
Если есть у нас такой садовник, Как, Иван Владимирович, Вы!
Cookies on Poetry Cove