Семнадцатый! / Но перепрели
апреля листья с соловьем...
Прислушайся: не в октябре ли
сверлят скрипичные свирели
сердца, что пойманы живьем?
Перебирает митральеза,
чеканя четки все быстрей;
взлетев, упала Марсельеза,--
и, из бетона и железа,--
над миром, гимн, греми и рей!
Интернационал... / Как узко,
как тесно сердцу под ребром,
когда напружен каждый мускул
тяжелострунным Октябрем!
Горячей кровью жилы-струны
поют / и будут петь вовек,
пока под радугой Коммуны
вздымает молот человек.