Последняя ночь... Не увижу я больше рассвета;
Встанет солнце, краснея сквозь мутную рябь облаков,
И проснется столица, туманом одета,
Для обычных забот и трудов.
Но ни свист пароходов, ни уличный гул и движенье
Не разбудит меня. С торжествующим, бледным лицом
Буду гордо вкушать я покой и забвенье,
И безмолвная смерть осенит меня черным крылом...
Яд промчится огнем по мускулам дряблого тела,
Миг страданья -- и я недоступен страданью, как бог.
И жизнь отлетела,
И замер последний, агонией вырванный вздох.