От пошлой суеты земного бытия
Я душу оградил сомненьем и страданьем,
И, как в былые дни, не вспыхнет грудь моя
Ни гневом праведным, ни пламенным желаньем.
Мне всё равно теперь, как ни шути судьба
И чем мне ни грози житейская дорога, --
Я молча всё приму с покорностью раба
И с дерзостным величьем полубога.
Но не успел еще я сердце отучить
От тайных грез, друзей [ночей моих бессонных…]