Ночь сегодня была бесконечно длинна,
И всю ночь на страдальческом ложе своем
Ты в жару и бреду прометалась без сна,
С искаженным от муки, пылавшим челом.
Спать не мог я… Я сел у постели твоей
И рыдал, и кому-то молитвы твердил,
И кому-то в безумной печали моей,
Как ребенок, бессмысленно-детски грозил…
Тяжело погибать, но видать, как недуг
Беспощадно уносит любимых тобой…
Но видать, как усталый, измученный друг
Уж готов уступить, обессилен борьбой!..
Тщетно ум свой пытать -- и не верить уму,
И, не веря, молитвы шептать небесам,
И бояться дать волю безумным слезам, --
Нет, уж лучше погибнуть стократ самому!..
Но под утро, устав, ты заснула… Рассвет
Смотрит в окна, на утренний воздух маня…
У киота лампады мерцающий свет
Тонет в ярком сияньи встающего дня.
Сон твой чуток, -- и чутко слежу я за ним…
Я сижу без движенья, бояся вздохнуть,
Чтоб тревожным, тяжелым дыханьем моим
Твой покой, твой минутный покой не спугнуть…
Милый, кроткий, страдальческий лик… Шелк кудрей
Разметался по белой подушке…