Непрошеный стучусь я в ваш альбом,
Как странник, на пути застигнутый грозою,
Стучит в чужую дверь, под вьюгой и дождем,
Окоченелою от холода рукою:
«Пустите, -- молит он, -- не прогоняйте прочь!
Я долго честно шел к своей заветной цели,
Но грозен черный лес в разгневанную ночь,
Суров и страшен путь -- и силы ослабели...»
Услышат ли его? Отворится ль пред ним
Вход в дом, иль он прождет до света за оградой?
И как отворится: с участьем ли живым,
Иль с тайною, холодною досадой?
И, оглядев его оборванный наряд --
След тайных бурь и ранних испытаний,--
Не бросят ли ему обидный взгляд
Сомненья в святости его желаний?